?

Log in

No account? Create an account
חקלאי זה גזע

Vestri tergum est albus

Метки на ракорде

[sticky post]Политика партии. Обновляемое
мечтательный
agnostus
Дорогие гости, я веду этот журнал с 2004 года. Начинал я его почти юношей трепетным, сегодня ж я муж, с лицом утомленным пьянством и развратом бдениями над манускриптами и суровой аскезой.

Я коммерческий фотограф широкого профиля. Живу и работаю в Санкт-Петербурге, c августа 2015 в Израиле, но выезжаю на гастроли, коли есть потребность. Моей профессиональной деятельности посвящен «официальный» сайт, здесь же всего помаленьку: тексты обо всяком разном, картинки различной степени нелепости, короче всякий субпродукт.

Здесь иногда встречается ненормативная лексика и adult content, так что уводите детей от мониторов, или стойте у них за плечом.

У меня нет никакой френд-политики. Я могу подписаться на полупустой журнал хорошего человека, которого знаю в реале, а могу и не подписаться, могу увлечься ЖЖ совершенно незнакомого автора, если там интересно - зависит от положения звезд. Никакого взаимофрендинга нет и не будет, мне искренне безразлично количество читателей данного журнала. Если вы хотите именно подружиться пишите в комменты - они скрыты.

Впрочем - велкам.

Этнопроизводственное
חקלאי זה גזע
agnostus
Серега
Серега

При всей своей рукастости, большинство моих коллег не блещет образованием, или широтой кругозора. Так, например, связь между током, скоростью подачи проволоки и толщиной стали для них не очевидна. Поэтому все варят автоматическими цифровыми машинами Fronius, где можно выбрать один из параметров, например толщину стали, а все остальное подстраивается само. Я же сражаюсь с древним, но «теплым ламповым» аппаратом с тремя ручками наводки и скверным характером.

При этом все неимоверно гордятся своими трудовыми навыками. Так сегодня, пока я менял проволоку, толпа собралась вокруг моего KempoWeld и стала обсуждать некоего Валида, по мнению собравшихся, великого чемпиона по работе с такими машинами. Я с ним работал в Цеэлиме. Приятный парень, и действительно клал красивый шов. Только, если он переходил с толстой стали на тонкую, он не менял настроек машины, а просто начинал шуршать ручками пропорционально быстрее. И у него даже получалось. Хотя качество провара, конечно, оставляло желать.

Или в обед пытался объяснить Хасану Маленькому правило рычага. Мужик пытался выправить поплывшую конструкцию трубным ключом, прикладывая усилие на коротком плече – максимально близко к сварочному шву – виновнику всей проблемы. С его слоновьей силой он почти преуспел, но не в полной мере, и уже собирался греть всю дуру автогеном и бить кувалдой, когда я тем же ключом но в четверть метре от его точки опоры таки натянул презерватив на глобус без очевидного напряжения.

Read more...Collapse )

Производительность труда
חקלאי זה גזע
agnostus
Хасан Маленький варит раму комбайна
Хасан Маленький варит раму комбайна

Сдавая раму комбайна заказчику, невольно дал мастер-класс всея конторе. 

В израильской традиции взаимодействия заказчик-исполнитель принято с замечаниями не соглашаться. Напротив, полагается отрицать все претензии с кибальчишеской стойкостью, называть черное белым, пучить глаза и божиться на ближнюю синагогу.

Я же исполнил почти полный русский обряд, разве что минус пол литры. И кофе с заешками подавал, и о погоде-политике-культуре-производстве собеседовал, и любую документацию на стол по первому намеку. И при любом намеке на недочет спрашивал, а что-ж барин воистину хотел, и мы уж тут и лоб расшибем, ладошки сотрем исправляючи, но так ли это критично? И скромно, по-скандинавски, спрашивал, не находит ли уважаемый, что этот шов не из худших, да и сборка не самая криворукая.

В итоге сошлись на том, что нужно заварить технологические пазы, и прилепить пару плат, которые просто забыли. Ну и по уходе контролера, я нашел один непроваренный уголок.

Когда Хагай увидел список исправлений, он был искренне поражен его ничтожностью.

Ну вот сижу, дышу, наслаждаюсь моментом. Подходит Арнон Лифшиц – самый главный босс, и спрашивает:

- Дима, а что нужно, чтоб делать не одну раму две недели, а три рамы за тот же срок?

Read more...Collapse )

Мальчик и дерево
חקלאי זה גזע
agnostus
Костец и акация
Костец и акация

В нашем поселке живут семьи, дети которых погибли в терактах. Мошаву без малого сорок — он дитя кемпдевидского сговора, и сорок лет его жители, как впрочем и все жители Израиля — мишень.

Когда-то в память погибших детей посадили дерево, которое с годами стало визуальным символом места, а недавно дерево засохло. И за время между рождением этого «Дерева детей» и его смертью новые дети становились жертвами террористов. И семьи решили посадить рощу. На нее нет разрешения властей, которые в Израиле несколько нерасторопны, поэтому посадка вышла пиратская. 

Ну и мы с Костецом поучаствовали. Он мотыгой, я камерой.



Последний дюйм
חקלאי זה גזע
agnostus

- Дима, возьми трубы два дюйма и сваргань для Бени ворота для теплицы. Вот тебе эскиз.

- Хагай, а два дюйма это у нас сегодня сколько?

- 60 мм[1]. Странно, что ты не спрашиваешь, что такое сегодня теплица.

Здесь требуется отступление и пояснение. Когда Абдулл еще не учил в Хевроне мусульманское право, а работал в нашей богадельне, он как-то строил вешалку для блинов от штанги. Вешалка подразумевала несколько штырей, которые приходили в сквозное отверстие в профиле, и приваривались по кругу.

Так вот приходит ко мне наш Черный Абдулла с чертежом и спрашивает:

- Дима, вот это что написано?

А на чертеже все размеры миллиметровые, а диаметр трубы – полтора дюйма. Ну думаю, где-то завалялась труба от леек, они американские, и её решили употребить.

- Написано, что диаметр трубы полтора дюйма, это 38,1 мм, но самое близкое наше сверло – сорок. Либо возьми его, либо фрезу на полтора как раз дюйма, на коробке такой же значок, и ей проковыряй.

- Ок. Спасибо.

Через пол часа подлетает Хагай.

- Дима, это ты сказал Абдуллу сверлить полтора дюйма?

- Я, а что?

- А почему!!? 

- Так на чертеже указано.

- Ты что, не знаешь, что это – НАШИ полтора дюйма, и это 48 мм?!

- Это как?

- Это так. Американские полтора дюйма – 36 мм, а мы в Европе, у нас это 48.

- Хагай, дюйм – это размерность, если вы называете полутородюймовой трубу другого диаметра, то это не размер, а никнейм. Если это никнейм – подписывайте его в кавычках, а если эта бумажка – чертеж, то давайте все размеры в единой системе.

Read more...Collapse )

Старое странное
חקלאי זה גזע
agnostus
Обнаженная без головы
Обнаженная без головы

Есть картинки, которые я помню зачем и почему снял. А есть которые нет.


Оптом с ФБ
חקלאי זה גזע
agnostus
Хагай за токарным станком.
Хагай за токарным станком.

* Хагай говорит, что у него номерок к зубному. К какому, спрашиваю, из докторов? А он мне: да я не запоминаю имен этих русских. И тут меня что-то разобрало. "Русские", говорю придумали и сделали эту страну. От Жаботинского до Трумпельдора, от Бялика до мамы Рафуля. А тут банда марокканцев и очучхевших от пустопорожнего снобизма сабаров не может запомнить имена докторов, которые им бивни вставляют.
Начальство некисло охуело. Ты, говорит, только не волнуйся. Да я и не божежьмой.

Read more...Collapse )

(no subject)
חקלאי זה גזע
agnostus
Разорванная ветром теплица в мошаве Йеша

Сегодня был песчаный шторм. Сначала порывистый ветер сменился упорным Зюйд-Остом, а потом на нас надвинулась стена темного горизонта, взвешенного тончайшим песком. 

Ни очки, ни ватник, не перчатки не преграждают его проникновения. Он шуршит на ладонях, тихо сползает по спине. Стоит отвернуться и перестать щуриться, как он начинает осыпаться из морщин у глаз, припудривая и без того забеленные им скулы. 

Пока сидишь в тракторе с вынужденно открытыми обеими дверями он красит охрой каждую складку брюк, и сам себе начинаешь казаться какой-то нелепой курортной фигурой: как если б игрок в пляжный волейбол уселся на пятую точку, не приняв подачу, а на него кто-то накинул брезентовые штаны и фуфайку.

И ветер. Злой, холодный и солнечный. Ветер в пустыне ласковым не бывает, но зимний шараф – это какая-то особенная стихия. И он не воет и не свищет, он скрежещет все тем же песком. И уже не знаешь, что мешает слышать голоса людей рядом: песчаные пробки в ушах или этот скрежет. Когда пересаживаешься из трактора в машину, на пару минут, перегнать её подальше, расчищая место для маневра с двенадцатиметровой трубой, его тон снижается до шороха, а музыка из приемника кажется необычайно чистой и ясной, не смотря на убогую акустику фермерского пикапа.

А потом, когда выходишь, чтобы протиснуться сквозь эти оранжевые вихри обратно к трактору, вдруг замечаешь в небе журавлиные клинья, и понимаешь, что там, у них, наверху есть ветер, но нет песка. Другой этаж мира.


ВВС – Военно Воздушные Силы
חקלאי זה גזע
agnostus
https://instagram.com/p/BFQ-Nm1zTbZ

На вооружении ВВС ЦАХАЛ стоят американские самолеты с еврейским акцентом. F-15, F-16 и F-35. Акцент неважен, важно то, что перед взлетом к самолету прислоняют стремяночку, с которой техник проверяет пристегнулся ли пилот, что с керосином и маслом, стояночник и прочее. Самолет – штука нежная, и для каждой модели стремянка своя, забубенной формы, которая зависит от угла между крылом и фюзеляжем, радиуса кривизны борта в точках касания, высоты стоек шасси и т.д. 

Но это присказка, а сказка в том, что ломанные стремянки починяем мы. Не просто наша контора, а конкретно я и Нассер – сварщик-аргонщик из Судана – мелкий, кривозубый, почти неговорящий на иврите, небрежный в исламе – короче, отличный парень, как и все наши негры, скорый на помощь и на шутку.

Стремянки поступают к нам под секретными номерами, которые в которых закодирован тип самолета, эскадрилья и военная база. Код этот я сегодня расколол, но вам не скажу – военная тайна, а я тот еще шмуцник (мальчиш-кибальчиш). Для простоты мы говорим, что есть стремянки со складным бампером, с нескладным и голимые (сулям мечукмак). 

Read more...Collapse )

Работа — жизнь моя
חקלאי זה גזע
agnostus
https://instagram.com/p/BsFRLCXhPwd

Хагай: Дима, ты знаешь, что на иврите значит "метаскель" (לתסכל - фрустрировать)?
Я: Представь себе, да.
Хагай: Так вот меня чертовски фрустрирует, если работа не летает. Я не могу зарабатывать, если мои рабочие не шевелятся. Ты понимаешь? Ты знаешь что случилось в Нью-Йорке?
Я: Биржа упала. Тель-Авив просел по индексам на 7%.
Хагай: Хорошо, значит ты меня понимаешь...
Хасан: Дима, что такое "метаскель"?
Я: Ну это такой облом, который приключается с человеком, причем постоянно, и он и "кушать не может", и хер у него не стоит.
Хасан (оглядывает фронт работ, садится и закуривает): Ну все. Хана этому ишаку.
....
Видимо неочевидную связь между хагаевой фрустрацией и Тель-Авивской биржей, Хассан понимает без объяснений. Я таки не вполне. Наверное завтра у него IPO.

Хагай — мой начальник, Хассан — мой коллега, мастер цеха.